Подверженность изменениям – удел всего живого и всего разумного. Порядок вещей, когда все течет – все изменяется. Афоризм, приписываемый древнегреческому философу Гераклиту Эфесскому. Все двадцать с лишним веков эту нетленную мысль повторяют, рассматривая с самых разных точек зрения. Например, в аспекте неудовлетворенности как источника прогресса в жизни целых народов (немецкий писатель девятнадцатого века Бертольд Ауэрбах). А прогресс это не случайность, а необходимость (английский философ и социолог девятнадцатого века Герберт Спенсер). А вообще-то — закон природы (всем нам хорошо известный Вольтер). Словом, всякие перемены благотворны, ибо ничего не постоянно в нашем мире. Это уже Вильгельм фон Гумбольдт, немецкий философ и государственный деятель восемнадцатого-девятнадцатого веков.

Однако остановимся цитировать великих и мудрых прошлого. Цитат, достаточно много, и все они по сути означают то, что вся наша жизнь – это бесконечное движение. Другое дело – куда? Не столько важно положение, которое есть, сколько то, которое будет. Консерватизм в чистом виде в плане совершенствования просто неприемлем. Как для отдельного человека, так и для общества. По большому счету — государства.

После всего сказанного определимся с темой: это конституционные реформы в Арцахской республике, которые, начиная с весны этого года, живо, горячо и даже темпераментно обсуждаются активной частью карабахской общественности в порядке (стандартах) Public Relations. Газета «Азат Арцах», придерживаясь принципа равноправия, уже успела ознакомить своих читателей с мнением некоторых политических деятелей Арцаха, представляющих те или иные партии в Национальном собрании НКР.

Оговорюсь сразу: философию идей с глубокомысленным диалектическим содержанием отражения реальности во всех усмотреть трудно. Это и понятно, поскольку довольно легко угадывается в них иная философия: опять же пусть с глубокомысленным, однако политическим содержанием. А это, к сожалению, вовсе не одно и то же. Ибо диалектика – это искусство спорить, опираясь на здравый смысл и объективную аргументацию, а политика, которая, наверное, во все времена, представляла собой те или иные взаимоотношения, подчас, конфликтные, и не между отдельными людьми, а между общественными силами, волей-неволей стала искусством возможного. Словом, если в диалектическом споре рождается, как известно, истина, то в политическом просто-напросто защищаются интересы тех самых общественных сил. Точки над i в этой дискуссии расставит всенародный референдум, назначенный на двадцатое февраля 2017 года. Нам же пока остается рационально осмыслить сам предмет спора.

Итак, каковы интересы арцахского истеблишмента? Прежде всего напомним, что тема конституционных реформ в Арцахе была инициирована в начале этого года как бы в продолжение конституционных реформ в Армении. Откровенно говоря, такая проекция одной системы управления на другую несколько озадачивает в плане ее вторичности: во всем ли надо Арцаху оглядываться на реалии Армении, даже несмотря на идентичность госуправления в обеих странах и прочую разную идентичность? Невольно напрашивается вопрос о самостоятельности, что вовсе не является вопросом праздным, чтобы не сказать сюрреалистичным. Тема, следует признаться, настолько отдельная, что и разговора требует отдельного. Причем, конструктивного. И ни в коем случае досужего. Ничего личного, всего лишь проявление провозглашенной государственности. Это и понятно, поскольку Арцах и Армения не живут сами по себе обособленно.

А пока о том, что уже в начале 2016 года в Арцахе была создана специализированная комиссия по конституционным реформам для выработки соответствующей концепции, которая и должна была ответить прежде всего на вопрос о необходимости реформ. Оказалось, что априори с этим вопросом политические силы определились давно. В плане того, что надо и далее осуществлять демократические преобразования в Арцахе. Армения, как уже было сказано, подстегнула, и вопрос был не только инициирован, но и актуализирован. Демократия оказалась в действии — началось обсуждение.

Оно разделилось на два этапа: до известных событий в апреле этого года и после. Трудно сказать, что повлияло на мировоззренческие настроения арцахского истеблишмента, который поначалу не возражал против парламентской модели правления. Однако четыре дня войны, само собой разумеется, откорректировали прежние подходы к предстоящим реформам. Когда защищают мир — добродетель цивилизации, не только казна начинает работать на войну. Под стать новым реалиям подстраиваются и законы. После апрельских событий наступило трехмесячное затишье – тему реформ заморозили. И вот на днях она вновь вошла в политическую повестку Арцахской республики. Обнародованный проект нового Основного Закона еще на стадии работы над ним вызвал немалую дискуссию среди представителей политических партий, представленных в нынешнем парламенте страны. Так, фракция «Дашнакцутюн» НС НКР, которая изначально придерживалась самой идеи конституционных реформ, была откровенно озадачена некоторыми положениями нового проекта Конституции, считая, что «эта модель не может быть оправданной и жизнеспособной». За 25 лет независимости, считают депутаты от «Дашнакцутюн», они были нацелены на создание и укрепление демократических принципов и институтов, и теперь сомневаются, будет ли новая модель государственного строительства содействовать избранному пути? По их мнению, это даже «отступление от демократических принципов». Почему? А потому, что «существует много вопросов, касающихся карабахской проблемы, обороны, безопасности и т.д., которые позволяют утверждать, что эта модель не может быть оправданной и жизнеспособной». Тоже, собственно говоря, ответ. Пусть и в таком обобщенно-расплывчатом с интригующим посылом виде, но, тем не менее, ответ. То есть мнение. То есть позиция. И даже утверждение, что «это станет на международной арене ударом по нашим национальным интересам» и может навредить будущему Арцаха. Последний тезис – явное передергивание, ибо оглядка на европейские и прочие княгини Марьи Алексеевны – не что иное, как самообман, прикрывающий слабую аргументацию. Что же до княгинь международной арены, то их больше беспокоит внешнеполитический аспект карабахских реалий, нежели внутриполитический. К слову сказать, по поводу одного такого аспекта, касающегося закрепления в новой Конституции наименования страны и вызвавщего в Баку очередную политическую истерию, довольно прозрачно высказалась официальный представитель МИД России Мария Захарова, пока еще не замеченная в эксклюзивной любви к Армении: «Появление сейчас каких-либо новых наименований не отразится на российской позиции, связанной с урегулированием нагорно-карабахской проблемы». Поэтому нам всем привет от Чацкого: а судьи кто?

Сами дашнакцаканы, свою оценку предлагаемой модели определили. По их мнению, это «гибрид парламентской и президентской систем», и он должен «пройти апробацию» в республике «с ее нерешенными важными проблемами». Как пройдет «апробация», что из этого получится «с точки зрения противостояния вызовам», дашнакцаканы не знают. Мол, поживем – увидим.

В отличие от дашнакцаканов более категоричную позицию выдвинула фракция «Движение-88». Предлагаемая модель президентской формы правления и вовсе ей не по душе. Она за полупрезидентскую. То есть за действующую модель. Их позиция вроде бы проста: необходимо совершенствовать действующую форму республиканского управления, конкретизировав роль президента. Фракция убеждена, что рано или поздно и в Арцахе, и в Армении все равно вернутся к ныне действующей полупрезидентской модели, в которой «сильная президентская власть сочетается с эффективным парламентским контролем над деятельностью правительства, и правительство несет двойную ответственность – перед президентом страны и парламентом».

Конечно, соглашаются они, необходимость реформ, отмеченная в преамбуле концепции, не вызывает сомнений. Но идет ли речь о государственных интересах? Тут фракция от «Движения-88» сильно сомневается, предлагая не менять форму правления, а просто «конкретизировать многие положения Конституции». Какие? О них у фракции еще будет разговор, а пока они к проекту относятся весьма скептически, полагая, что «среди авторов концепции» не видят «специалистов по конституции», и их «доводы и разъяснения еще более усилили сомнения». Ну, что же делать – сомнения, как известно, полезны, однако хорошо бы и к внутреннему голосу прислушаться, звучание которого должно быть не абстрактным, а привязанным вплотную к существующим реалиям, особенно после апрельской войны. Тезис концепции о «сильной и единой исполнительной власти, способной как в мирных, так и в военных условиях мобилизовать все ресурсы страны и оперативно реагировать на требования сложившейся ситуации» вполне отвечает этим реалиям. А потом, быть может, и будет резон вернуться к старым добрым «конкретизированным» временам…

Против предлагаемой модели, которая «ни в одном государстве никогда не действовала», по которой «нет даже опыта и возможности ее изучать и сравнивать» выступила и фракция «Возрождение» от партии «Национальное возрождение». Ссылка на существующий ранее опыт, наверное, не случайна, поскольку практически все возражения, выдвинутые фракцией, носили по большей части теоретический характер, по сути представляя плакатную форму критики существующих недостатков в действующей модели власти. Процесс конституционных реформ фракция склонна считать не процессом, а принятием новой Конституции. Почему это плохо – вопрос пока остается открытым с надеждой, что кроме ссылок на США, как страну с «самыми развитыми институциональными основами» у фракции найдутся и иные конструктивные доводы. К которым, надо полагать, найдутся и свои контрдоводы.

Они нашлись и на стадии предварительного обсуждения — как уже было отмечено, в форме Public Relations. Так, фракция «Демократия» от Демократической партии Арцаха на упрек оппозиции о том, что с самого начала обсуждаемой темы они были согласны с парламентской формой правления, однако резко изменили свое мнение под влиянием конъюнктуры, дала вполне исчерпывающий ответ в духе здоровой полемики. Во-первых, не резко, поскольку «шли дискуссии, в ходе которых выдвигались варианты правления, отмечались их особенности, недостатки и преимущества»; во-вторых, не конъюнктура, а апрельская война расставила все по своим местам, вынудив признать именно президентскую форму правления правильной в нынешних условиях военных вызовов со стороны Азербайджана. Свою официальную позицию, представленную еще в июле этого года, демократы обосновали ретроспекцией на исторические перипетии двадцатипятилетней давности. Оглядываясь на пройденный путь, демократы вспомнили, что уроки парламентского правления они все уже проходили. После известного исторического референдума, повлекшего, уже в открытую, крупномасштабную военную агрессию против молодой республики, стало ясно, что «необходим один орган, способный взять на себя ответственность за безопасность и защиту страны». Потому-то в августе 1992 года и был создан Государственный комитет обороны, возложивший на себя не только полноту властных решений, но и полноту ответсвенности за эти самые решения. Надо ли говорить о том, что задача защиты и безопасности Арцаха не утратила своей актуальности и сегодня? Вопрос риторический. В том смысле, что «выбор модели правления является судьбоносным шагом, прежде всего, с точки зрения безопасности страны, и ответственность за это должен нести президент страны вместе с Советом безопасности». Что ж, как однажды заметил Наполеон Бонапарт, один главнокомандующий, даже если и плохой, лучше двух – даже если и хороших.

Однако выбор хороших и плохих главнокомандующих – тема сугубо военная. Речь сейчас не об этом. А о том, что «предлагаются самобытные решения для развития правового и общественно-политического полей». Что имеется в виду? Прежде всего то, что демократы не разделяют обеспокоенности некоторых своих коллег по парламенту относительно того, что «демократия может пострадать от центростремительной президентской системы». Ведь построение демократической страны не имеет, и не должно иметь, альтернативы. Это аксиоматично. Поэтому «конституционные реформы проводятся не только для того, чтобы изменить форму управления страной». Дело также и в содержании: предлагается целый ряд важнейших реформ, связанных с защитой прав человека, органами местного самоуправления, судебно-правовой системой. Кроме того, по новой модели «ветви власти получают серьезные рычаги противодействия друг другу», более четко обозначены механизмы противовесов в отношениях президента и парламента, что «позволяет избежать двойного контроля исполнительной власти и дублирования функций». А значит повышается ответственность, множится ее осознание. И вообще: «коллективная ответственность в определенной мере предполагает также и коллективную безответственность». Поэтому лучше не рисковать, и уж тем более проявлять предвзятость: мол, дело обречено на провал. Вовсе нет. Да и проведенные социологические опросы среди населения показывают, что подавляющее большинство респондентов высказываются за центростремительную, сильную президентскую власть. Что же касается демократических принципов, то чем не демократия как настоящие, так и предстоящие (надо полагать, бурные) обсуждения уже самого проекта Конституции.

Впрочем, они уже начались, и на днях спикер Национального Собрания Ашот Гулян, он же — председатель специализированной комиссии по конституционным реформам, дал старт публичным обсуждениям ожидаемых изменений в Основном Законе страны, выступив перед студенческим и преподавательским составом Арцахского государственного Университета. Выслушать мнения и предложения на первом обсуждении комиссия, разработавшая проект, явилась почти в полном составе. Было отмечено, что обнародованный проект является рабочим вариантом, и что этап публичных обсуждений, крайне важных для проекта, поможет привести его в окончательный и надлежащий вид.

Ашот Гулян подтвердил превалирующий в обществе тезис о сильной централизованной власти, возникший в силу уже отмеченных выше апрельских событий. «Да, — подчеркнул он, — президентская система предполагает расширение полномочий президента, иначе и быть не может, но из его полномочий изъяты некоторые функции, связанные с его отношениями с судебной властью, с НС, с назначениями на различные государственные должности и так далее…». А это означает, что в проекте Конституции большое внимание уделено соблюдению баланса власти. Понятно: чтобы новая модель действовала полноценно, непременно нужен противовес. Эту функцию будет исполнять парламент. Именно поэтому полномочия законодательного органа по новой Конституции не только сохранены, но и расширены: за парламентом — формирование судебной системы и все назначения. Это, по мнению комиссии, явилось «самым заметным положением, касающимся соблюдения баланса власти».

Новшество зафиксировано и в избирательной системе: проведение в один день общегосударственных выборов — в новый парламент и президента. Правда, тут комиссия допускает определенный люфт: как это сообразуется с нынешними политическими реалиями и насколько будет эффективно, покажет время.

Ашот Гулян представил структуру проекта Конституции: как и раньше, это 12 глав, в первой из которых содержатся также положения конституционного строя. Появились определенные новшества, связанные с охраной окружающей среды и стабильным развитием, стимулированием культуры, образования и науки, защитой семьи, имеются отдельные статьи о связях с РА и Диаспорой. Была отмечена также важность изменения статей об основополагающих правах и свободах человека. В этой своей ипостаси Арцах убедительно опередил даже ряд признанных государств региона.

Коснувшись темы правительства как государственной исполнительной структуры, Ашот Гулян отметил, что по новому проекту предлагается рассматривать его как консультативный орган при президенте — во главе с государственным министром, наделенным в отсутствие президента отдельными полномочиями.

Несколько неотчетливо выглядит в докладе комиссии глава об органах местного самоуправления. Пока не все в ней конкретизировано. По-настоящему эта система, можно сказать, не состоялась по самым разным причинам. Тут еще есть над чем поработать. Тем не менее, в новую Конституцию заложена основа правового регулирования: община должна иметь свой бюджет, собирать средства. Не исключается также укрупнение общин.

Конечно же, обсуждение не ограничилось ознакомительным докладом. Были заданы вопросы, выражалась обеспокоенность некоторыми положениями проекта. К примеру, преподавателям Университета и будущим юристам были интересны разъяснения относительно функций судебной системы. По поводу одновременных выборов была озвучена и такая точка зрения: не создадут ли они возможность для доминирования одной партии? Наверное, все-таки, нет, поскольку, по словам Ашота Гуляна, выборы в Национальное Собрание в 2020 году пройдут по пропорциональной избирательной системе, а это означает, что у всех политических партий будут равные условия. Выборы в парламент, как известно, произойдут в 2020 году. По действующей Конституции выборы же президента должны состояться уже летом 2017 года. Как быть? Тут уж возникла идея переходного этапа: «2017 – 2020». Что это значит? А то, что совершенно не рационально распускать парламент, сформировавшийся полтора года назад. А после референдума, если он подтвердит необходимость реформ, то и вообще не логично. Другое дело, что после референдума нужен будет определенный период для изменения законодательства с тем, чтобы новая система стала дееспособной.

Но именно образование этого периода как стыка между старым и новым, послужило поводом для муссирования в обществе слухов об искусственном продлении властям срока их полномочий, в частности, полномочий самого президента, второй срок правления которого заканчивается как раз в 2017 году. Комиссии пришлось дать разъяснения: для переходного периода, в соответствии со статьей 166 Конституции, президента изберет Национальное Собрание. Всем парламентским силам будет предоставлена возможность выдвинуть своего кандидата. Будет избран кандидат, получивший 2/3 голосов депутатов. Четко сформулированное юридическое пояснение текущего момента. Однако есть и эмоциональное, которое более убедительно звучит для тех же муссируемых слухов. Оно прозвучало из уст одного из депутатов Национального Собрания НКР: вряд ли в Арцахе найдется человек, который ставил бы свою должность превыше интересов страны и безопасности народа. Говорить об этом, дабы казаться оппозиционной силой, не только неправильно, но и неприлично.

Между тем, есть вещи, которые и правильные, и приличные. К примеру, название страны «Республика Арцах». Оно закреплено в проекте Основного Закона, и к этому новшеству нет никаких возражений. Да и каким образом, если это есть не что иное, как возвращение к истокам – к тому самому историческому прошлому, из которого и создается будущее.




  Рубрика: Социум, СТАТЬИ
  Последнее обновление: 15/11/2016